Охота на выбивание [СИ] - Евгений Сартинов

— Убийцы?

— Да. У трупа другой размер ноги.

Между тем надо было что-то делать с телом. Как обычно, этим пришлось заняться Астафьеву. Когда он с брезентом в руках подошел к собравшимся вокруг мангала охотникам, Васин простонал: — Что!? Опять?! Сколько можно, а? Вон, сколько ваших ментов понаехало, пусть они и таскают.

— Да кому там таскать? Одно начальство, а они же все дистрофики, — отмахнулся Астафьев. — А вам зачтется при вынесении приговора.

— Это кому, интересно? — спросил Вадик.

— Ну, не знаю, кому-то из вас, — Юрий развел руки, дескать, не знаю. — Ведь кто-то же из вас убил всех четверых.

Несколько секунд мужики молча рассматривали Астафьева, потом начали высказываться.

— Ну, спасибо, брат! Обрадовал, — сверкнул своей белозубой улыбкой Вадик.

— Так это что, мы все подозреваемые, что ли? — спросил Васин.

— А ты как хотел? — засмеялся Демченко. — Именно так и должно быть. Мы теперь все будем под прицелом.

— А может, это ты сам убил всех, — раскрасневшийся Васин ткнул пальцем в сторону Астафьева. — И он что, тоже будет расследовать это дело? — спросил Васин уже у охотников.

— Нет, для этого есть прокуратура, — пояснил Юрий, — это их работа. Я тоже свидетель, и даже, мало того, как и вы, подозреваемый.

— Спасибо, утешил, — хмыкнул Демченко, — нам теперь не так грустно и одиноко.

— Ладно, мужики, — Соленов взял из рук Астафьева брезент, — пошли, отнесем Витьку. Я с ним года три охотился, хороший был мужик. Не оставлять же его тут на съедение опарышу. Свой брат, охотник.

Пошли все, только Васин всю дорогу возмущался своей участью. Картина на берегу протоки произвела на всех удручающее впечатление. Вся одежда Прокопьева была пропитана кровью. Так что обратно тело вертолетчика тащили уже молча.

ГЛАВА 8

Между тем подъехали еще две милицейских машины, одна с прицепом, «труповозкой», в которую перегрузили трупы. Слава богу, охотников к этой процедуре привлекать не стали, обошлись силами рядового состава. Охотникам пришлось потрудиться в другом, перетаскивать лодку рыбнадзора через понтон. Собянин уплыл в одиночку, спутников в двухчасовой прогулке по морозному воздуху ему не нашлось.

Между тем руководство снова собрало всех охотников в беседке, рассадило их по скамейкам. И Кудимов и Панков, стоящие посредине, выглядели как-то даже торжественно.

— У нас к вам только один вопрос, — начал прокурор, — чей это нож?

Он поднял пакет с оружием, и все невольно начали тянуть вверх головы.

— Хороший ножик, — заметил Васин.

— Фирма, — согласился Вадик.

— Тоже самопал, — медленно сказал Соленов, и оглянулся в сторону Зотова. — Как у Сашки вот, точно такой же.

— У какого Сашки? У меня, что ли? — не понял сразу тот. — Похож, да, — подтвердил тот, — но мой уже у вашего человека. Он в этом был, в Аркашке Максимове. Кроме того, я все свои личные вещи мечу своими инициалами. А здесь, на ноже, их нет.

Прокурор, хоть уже и до этого рассмотрел нож до малейших деталей, все же еще раз взглянул на лезвие, и отрицательно покачал головой.

— Да, никаких букв здесь нет. И он не зарегистрирован. Но нож, действительно, один к одному такой же, каким убили Максимова. А у вас, господин Зотов, случайно, двух таких не было? Один с гравировкой, а другой, нет?

— Нет, — отрезал Зотов, — не было, никогда.

— А, по-моему, ты, Сашка, хвалился, что два таких купил, — сказал Соленов.

— Да, не п… ты! — резко оборвал его Император.

— Вера Олеговна, а вы вот можете сказать нам, был у вашего мужа такой вот нож, без гравировки? — вмешалась в разговор Малиновская.

Та глянула снизу вверх в ее сторону, и медленно, согласно, качнула головой.

— Именно такой?

Она снова согласно качнула головой.

— На нем была гравировка? — настаивала Ольга. — Была, ил нет?

Та поглубже спрятала в воротник свитера свое лица, и отрицательно замотала головой.

— Не помню такого, — тихо сказала она. — Не было.

— То есть, у него был второй нож, без гравировки? — настаивала Ольга.

— Да, был.

— Да что ты, сволочь делаешь?! — взорвался, вскакивая с места, Зотов. — Что ты говоришь, я же тогда я все тебе показывал! И ружья, и нож, и топор — все пометил! Я вон, даже зажигалки все тогда пометил!

Он нервным жестом достал из кармана, и хлопнул на скамейку большую, цвета золота, зажигалку, с его монограммой.

— Не помню, — упрямо повторила Вера. — Может, ты и показывал, но такой нож у тебя был.

— Ну, ты и сучка! Ты что, топишь меня, да? Топи-топи, только сама то ведь не выплывешь. Думаешь, моя империя тебе достанется? Во, хрен тебе! — он показал жене кукиш. — Все сделаю, чтобы не ты, а Сашка был хозяином. У тебя мозгов куриных не хватит всем этим управлять!

— Ну, это мы еще посмотрим, — хмыкнула Вера.

Ссоры между супругами Зотовыми доставляли мало радости, кому-то ни было, и Панков, поморщившись, прервал этот диалог.

— Ладно, хватит! Значит вы, Вера…

— Олеговна, — подсказала Панкову Ольга.

— Вы, Вера Олеговна, утверждаете, что у вашего мужа был второй такой нож, без гравировки?

— Да.

— Ну, был у меня нож, был! Но не такой, совсем не такой, хотя и того же мастера, такой же формы, охотничий. Но месяц назад я подарил его одному бизнесмену из Прибалтики, — не выдержал Зотов. Сразу двое, Демченко и Васин, во всю глотку захохотали. Вадик же одобрительно захлопал в ладоши, и показал Юрию большой палец.

— Это круто! — крикнул он — Просто шоу!

— Кто может подтвердить, что вы его действительно подарили этому прибалту? — настаивал Панков.

— Она, — Зотов мотнул головой в сторону жены.

Та же упрямо покачала головой.

— Не было такого. Да, Райнер приезжал, но то, что он дарил ему нож, такого я не помню.

Зотов не выдержал, и подбежал к жене. Тон у него был уже не грозный, умоляющий.

— Ну, при тебе же мы прощались, и при тебе же этот нож я ему подарил!

Но Вера упорно мотала головой.

Тогда Зотов сел, и махнув рукой, отвернулся куда-то в сторону. Панков развел руками, и повернулся к прокурору.

— Что, Алексей Дмитриевич, какую меру пресечения изберем для гражданина Зотова?

— Пока на сорок восемь часов. А завтра надо будет вести его к судье.

— К кому, к Меньшовой, что ли? Везите-везите. Я ее еще лет десять назад драл по полной программе, — засмеялся Зотов.

— Хорошо, спасибо, что предупредили, — не моргнув глазом, согласился прокурор. — Так как судья Меньшова имела с вами близкие, личные отношения, значит, обратимся к кому-нибудь другому.

— К Соболеву, — подсказал Васин. И среди охотников, и не только их прошелестел ехидный смешок. Юрий припомнил, что между Зотовым и судьей Соболевым был какой-то давний конфликт, постепенно переросший в длительную и устойчивую вражду.

— Ну, что ж, тогда предварительно все ясно. Гражданин Зотов, прошу собрать вещи, вы поедите с нами. Остальные тоже могут готовиться к отъезду, — предложил Панков.

— Слава богу! — теперь эти слова вырвались не у одного только Васина. Он сам же резвым колобком покатился прямиком к своей «Ниве», вещи свои он туда сложил еще с утра. За ним, так же ни «Ниве» выехал и Демченко. Все остальные сильно подзадержались. Во-первых, решали, что делать с машинами убитых, а их набралось целый автопарк. Во-вторых, у Вадика кончился бензин, о чем тот узнал только тогда, когда сел за руль. Юрий, конечно, забыл ему сказать, о том, что спалил за ночь весь бензин. Выругав Астафьева, Вадик вытащил канистру и слил бензин с машины Максимова.

Начальство же, после длительных переговоров, решило оставить на турбазе двух милиционеров, охранять имущество и машины, тем более что Мамин к этому времени сумел открыть щитовую и запитать «Дубки» светом. Зотова засунули в зверинец милицейского Уазика, Вера устроилась вместе с Вадимом, так же на «Вольво» решили ехать и Астафьев с Малиновской. За руль же "Ланд Крузера" посадили довольного парнишку из ГАИ, лейтенанта. Тот выехал первым, и сразу оторвался от всех. За ним пристроились машины прокурора, дежурка с опергруппой, и только в конце плелась машина Вадика Долгушина. Но такой порядок был только по бездорожью, до нормального шоссе. Тут шведское авто сразу оставило далеко позади весь отечественный автопром, шутя, догнало и обошло обе «Нивы». Теперь впереди них маячил только Зотовский "Ланд Крузер".

— Ну что, люди, сделать мне господина гаишника? — спросил, сверкая своей белозубой улыбкой, Вадик.

— А как же! — весело воскликнула Вера. — Даешь!

Вскоре они действительно вплотную приблизились к внедорожнику, а потом начали его обходить. Мент, сидевший за рулем, осклабился, и перекрыл дорогу машине Вадима. Тот ушел вправо, но и тут гаишник перекрыл ему дорогу.

— Вот, гад, а! Одно слово — гаишник! — воскликнул разозленный Вадик.